Страх, гнев, печаль и радость - Юлия Панфилова

«цементирующим фактором взаимной привязанности матери и ребенка являются эмоции»7.

Современные исследования в области привязанности между матерью или другим значимым взрослым и ребенком доказывают, что надежное формирование данного механизма не только необходимо для выживания маленького человека, но и влияет на всю его дальнейшую жизнь, на общение и построение отношений с другими людьми.

Например, чувство вины, относящееся к социальным эмоциям,

призвано вызывать у человека желание изменить свое поведение8.

Не нужно много рассказывать, что такое чувство вины или чувство стыда тем, кто их испытывает каждый день. Но все же важно понимать в целом механизм работы эмоций и, самое главное, зачем они нужны человеку. Среди социальных эмоций и чувств можно выделить: стыд, вину, сочувствие, стеснительность, растерянность, волю и некоторые другие.

Из всех негативных социальных эмоций одной из самых любопытных с точки зрения влияния на жизнь человека представляется вина.

Вина – эмоция, которая порождается страхом и гневом. Причем страх возникает по отношению к другим людям: страх не соответствовать чужим требованиям, страх быть отвергнутым и гнев, направленный на себя, призванный разрушить ту часть себя, которая не соответствует определенным правилам и нормам. Цель этого гнева – исправить себя, подточить то, что слишком сильно выступает.

В итоге мы можем столкнуться с двумя видами внутренних конфликтов: либо мы не хотим точить ту часть себя, которая слишком сильно выступает, но остаемся недовольными собой, либо точим себя настолько сильно, что теряем свою индивидуальность, пытаясь соответствовать требованиям других.

В первом случае возникает сильное напряжение, связанное с тем, что мы не можем изменить себя, но и существовать с тем, что торчит, тоже тяжело.

Во втором случае появляется огромная неудовлетворенность, дыра на том месте, где раньше находилось то, что раньше слишком сильно выступало. И в первом и во втором случае человек пытается подавить гнев, который он испытывает по отношению к тем, кто его заставляет «подпилить» себя, но гнев никуда не девается, он работает по принципу пружины, которая вначале складывается, а потом, когда она продавлена до конца, выстреливает. Она может выстрелить как вовне, так и вовнутрь.

Если пружина выстреливает вовне, то человек взрывается вместе с этой пружиной, теряет контроль над выражением своего гнева, он выглядит, как будто он не в себе, его речь, действия совершенно ему не подвластны и последствия таких «взрывов» могут быть совершенно непредсказуемы.

Например, одна моя клиентка обратилась ко мне с запросом помочь ей понять, что происходит в ее жизни. Она была несколько лет в браке, на первый взгляд счастливом, где-то боялась признаться, что ее что-то не устраивает, где-то отмалчивалась, все чувства держала в себе. Но периодически ее эмоции все-таки выстреливали, причем так, что тянулись шлейфом последствий для ее семейной жизни: она находила влюбленности на стороне, из-за которых ее брак чудом оставался целым. Это как пружина, которую долго сжимают, и которая выстреливает, когда она сжата до максимума. Невозможно предсказать, как и когда она выстрелит и каким образом эти эмоции себя проявят. Только это будут не дозированные и своевременные эмоции, а то, что человек копил долгое время, возможно, не один месяц или даже не один год. Но иногда бывает, что разрядки эмоций, направленных во внешний мир, не происходит. Это может быть по разным причинам. Иногда, когда ребенок зажат в слишком узкие и сильные рамки своими родителями, он накапливает очень большое количество гнева, но не может направить его вовне, так как вокруг люди, которых он любит больше себя, – его родители. И тогда его гнев «прорывается» вовнутрь. Считается, что это является одной из причин формирования шизофрении…

Поэтому очень важно слушать себя и свои эмоции, ведь в наше время разум и интеллект взял на себя главенствующую роль, а человек выполняет столько многосложных функций и обязанностей. Нам может быть плохо, нестерпимо плохо, но мы продолжаем выполнять те предписания, которые в нас заложили другие, так как мы обязаны, должны это делать, сжимая зубы и кулаки. При этом мы можем испытывать жуткий гнев на других людей за то, что они заставляют нас это делать, и на себя за то, что мы послушно соглашаемся продолжать делать то, что от нас требуют. Но человек – не робот, и порой, слушая всю жизнь то, что говорили нам другие, а не собственный внутренний голос, рано или поздно происходит «взрыв», направленный либо вовне, либо вовнутрь.

Также в середине жизни на нас сваливается кризис среднего возраста, и чем сильнее мы отрицали свои желания, затыкали рот своему внутреннему голосу (то есть своим эмоциям), тем больше высота, с которой он будет падать. Это наиболее вероятное время, когда пружина, которую мы упорно сжимали, выстрелит. Так стоит ли ждать и терпеть, пока сдерживать пружину будет невозможно? Может быть, стоит постепенно начать разжимать пружину?

В книге Карен Хорни «Невротическая личность нашего времени» подробно представлен механизм возникновения чувства вины. Он включает в себя многие подходы и взгляды психологов на формирование чувства вины и на отношения между матерью и ребенком:

Так, некоторым детям приходится расти в атмосфере, где царит страх быть наказанным, где взрослые из лучших побуждений обрушивают на ребенка много критики и упреков. В этом случае сама ситуация лишает его естественного самоуважения, ребенок приобретает глубоко укоренившиеся чувства обиды и обвинения в адрес тех, кто его окружает.9

Такая система воспитания характерна для традиционных семей, где ребенку не полагается иметь своих прав, где ребенок не может выражать своего мнения и причисляется к категории недо-человека. В таких ситуациях ребенок чувствует огромную обиду на взрослых на то, что ему что-то не разрешают и не принимают его таким, какой он есть:

Однако он не только не способен это выразить, он настолько сильно запуган, что даже не осмеливается допускать обиду на родителей в сферу осознаваемых чувств.10

Причины такого поведения заключаются как в страхе наказания, так и в страхе потерять любовь родителей, которая в детстве является залогом выживания человека. Родительская любовь – то, ради чего ребенок готов сделать почти все, что угодно. «Человеческий детеныш» – самый беззащитный детеныш среди детенышей всех млекопитающих. Его выживание полностью зависит от того, как к нему относятся окружающие, и любовь и хорошее отношение взрослых – залог выживания. Возможно, это звучит довольно прагматично, но так было устроено природой.

Немецкий социолог и социальный психолог Эрих Фромм пишет в своей книге «Бегство от свободы» о том, что в раннем детстве младенцу для жизни необходима помощь других людей:

«Младенец не в состоянии самостоятельно выполнять важнейшие жизненные функции, поэтому связь с другими людьми для него – вопрос жизни и смерти»11.

Если ребенок оказывается в одиночестве – это создает сильнейшую угрозу жизни ребенка. Для того, чтобы ребенок мог выжить, он быстро адаптируется к людям, условиям, которые его окружают, будь то агрессивная обстановка, атмосфера страха или неблагоприятные условия жизни. Поэтому ребенок признает свою вину даже в ситуациях, когда он не виноват – для того, чтобы получить одобрение взрослых. Таким образом, чувство вины также служит механизмом приспособления. Это приспособление происходит исключительно на подсознательном уровне, взрослые могут его поддерживать на невербальном уровне или же через поведение.

Чтобы пресечь критику родителей со стороны ребенка, может применяться наказание, однако более действенный способ – прививание ребенку определенных моральных норм и принципов. В этом случае родители вызывают у ребенка позицию не только позицию, которая выгодна им, но и передают ему то мировоззрение, которое принято в культуре – «критиковать родителей – грешно». Если ребенок более активен, склонен отстаивать свою позицию, – он будет сопротивляться попытке родителей навязать ему подобное мировоззрение, однако подобная борьба будет встречена осуждением и обвинением со стороны родителей. Ребенок менее уверенный, которого легче запугать, не будет проявлять никакого недовольства и даже не допустит мысли о том, что родители могут быть неправы. При этом у него останется чувство, что кто-то в этой ситуации виноват и никого кроме себя не находит, чтобы сделать виноватым. Безусловно, этот процесс не осознаваемый, а полностью бессознательный.

«Он побуждается не мышлением, а страхом».12